– Я решила попробовать, – ответила ей Лема. – Когда-нибудь и моя очередь придет – надеюсь, не скоро!

Пачи потянулась к Леме и обняла подругу за плечи, нежно поглаживая по голове.

– Позвала бы меня на помощь!

– Ты была далеко, – улыбнулась Лема, – мы навещали родню по материнской линии в другом селе.

– Вот почему я не видела тебя несколько дней, – подметила Пачи, разводя руками.

– Я не успела предупредить, – оправдывалась Лема, – да и ты нечасто показывалась на улице последнее время.

Пачи отвела взор, дабы не выдавать своих чувств к прекрасному юноше, что мешали ей вести привычный образ жизни с момента их нечаянной встречи. И девушка встряхнула головой, лишь на мгновенье погрузившись в свои мысли.

– Ты обработала рану? – участливо спросила она.

– Да, мама присыпала ее золой, – ответила Лема, – если не трогать, я почти не чувствую боли.

– Это хорошо, – обрадовалась подруга. – А что за рисунок будет на ковре? – отвлекая Лему, поинтересовалась Пачи.

– Возможно, он будет повторять петроглиф8, высеченный на одной из их родовых башен9, – ответила девушка, пожимая плечами. – Не знаю, женщины обсуждали разное, но, вероятнее всего, набьют пожелание прибавления потомства! Ковер готовят в подарок молодой семье.

– Наверное, – согласилась Пачи.

– Не рисунок же, предупреждающий об опасности? – рассмеялась Лема своему предположению.

– Тебе бы все веселиться? – улыбнулась Пачи в ответ, прикрываясь рукой от слепящего солнечного света.

– А чего грустить в такой красивый летний день? – сказала Лема, подставляя свое лицо солнцу.

Кругом раскинулись зеленые горные склоны, покрытые сочной травой и деревьями с густыми кронами. Меж склонов бежала бурная река, с шумом неся свои воды к равнинам. На ясном небе воцарилось солнце, снисходительно поглядывая на одинокие белые облака, неподвижно зависшие в ожидании ветра.

– Побереги свою белую кожу! – преграждая собой поток солнечных лучей, произнесла Пачи.

– Уйди, ради Бога, – шутя попросила Лема, отстраняя подругу, – не мешай мне радоваться жизни!

– Можешь радоваться, продолжая путь! – предложила Пачи, указывая рукой нужное направление.

– Жаль, что нельзя, забыв обо всем, просто гулять, наслаждаясь красотой вокруг! – проговорив с придыханием эти слова, Лема закружилась, широко разведя руки.

– Говори-говори, будто нас и не ждут в доме у брата моей матери! – напомнила Пачи.

– Да знаю я, – поджав губы ответила девушка, – пойдем уже! – и она зашагала вперед, подхватив подругу за руку…

Войдя во двор своего родного дяди, Пачи выдохнула с облечением, увидев знакомые лица многочисленных родственников. В обычной жизни их не часто увидишь всех вместе, другое дело – такие вот значимые события, которые объединяют всю родню в одном месте. Можно пообщаться, увидеть тех, кого давно не видала. Пачи любила и почитала своих родных и всегда радовалась возможности побыть в их кругу – этой особенностью своего народа она гордилась больше всего.

Пачи с Лемой тут же окружили другие девушки, защебетали о своем, радостно приветствуя вновь прибывших. Улыбки не сходили с лиц. Перебивая друг друга, девушки быстро увлекли двух подруг в глубь двора к небольшому глиняному дому, облицованному неотесанным камнем, с маленькими, утопленными в стены окнами. Позади дома, шумя буйною листвой, возвышались деревья хозяйского сада, что открывался в широкое поле, за которым начинался густой лес. Разглядев среди присутствующих, занятых своей работой, родного брата матери, Солтама́ка, и его жену, Ма́рет, Пачи поспешила к ним навстречу, потянув за собой Лему. Крепкий мужчина и статная женщина средних лет в неброской одежде, на мгновенье отвлекшись от утомительных хлопот, радостно закивали, увидев племянницу и ее подругу. Широко улыбаясь, Пачи, как подобает, приобняла их по очереди: сначала дядю, затем его жену. Лема учтиво поздоровалась, обменявшись привычными заученными фразами о благополучии родных и близких. Спросив у хозяев, чем они могут быть полезны, и получив нужные указания, подруги поспешили к дому, где их дожидались остальные девушки. Громко переговариваясь, все вошли в дом. Здесь, бесшумно перемещаясь из комнаты в комнату, безраздельно хозяйничали женщины, занимаясь внутренним убранством дома.