Вечером, просмотрев свои заготовки для сочинений и поставив будильник для раннего подъёма, я задремала. В комнате снова собрались благородные девицы, и они, кажется, вновь обсуждали меня. Пару раз прозвучали слова «неряха» и «грязнуля». Поняв, что я никак не реагирую, беседу быстро свели на нет.

Утром, приняв душ и умывшись, я побежала на завтрак, а потом на экзамен. Темы сочинений перекликались с тем, к чему меня готовил Асум. «Какое влияние оказал миф о Точке начала на сказки и предания древних вигов?» – спрашивалось в первой. «Проанализируйте систему существующих протоколов, сделав уклон на любую сферу жизни навигаторов, предложите свой протокол», – просили во второй. «Рассмотрите перспективы взаимодействия навигаторов с любой из рас», – предлагали в последней. Мне нравились все три темы, по всем трём мне было что сказать. Особенно хотелось высказаться о Точке начала, которую я не любила, но информацию о которой оказалось крайне интересно изучать. Периодически Асум подкидывал мне любопытные предания о праматери всех вигов. Странным образом эта тема волновала меня. Сочинение по ней я писать не стала: побоялась, что не смогу уложиться в отведённые для экзамена четыре часа. Выбрала перспективы развития отношений с хлеосами.

Для такого эссе мы с Асумом составили план. Сначала я описала расу: внешний вид её типичных представителей. Затем немного рассказала об истории её развития, ведь именно история влияет на современное общество. Например, разразившаяся тридцать веков назад, в докосмическую эпоху их мира, техногенная катастрофа и последовавший за ней голод, из-за которого две трети населения погибло, заставили хлеосов начать осваивать новые территории, развивать технологии, позволяющие путешествовать в космосе, изучать новые планеты. Я также написала о планетах, принадлежащих хлеосам. И об основном роде их деятельности. Затем проанализировала отношения с ближайшими соседями, в том числе с вигами, с которыми хлеосы заключили пять довольно масштабных соглашений. Среди них – соглашение об оказании помощи в эвакуации из колонизированных миров. В конце я предложила вигам поддержать мораторий на ввоз в миры хлеосов некоторых морепродуктов, из-за которых у представителей этой расы постепенно пропадёт обоняние, тесно связанное с навигационными способностями хлеосов. Тогда, писала я, дружба между нашими расами окрепнет как минимум на шесть-восемь сотен лет.

Я откинулась на спинку стула, ещё раз проверила текст: содержание, орфографию и пунктуацию. Нажала кнопку «Завершить экзамен». В этот раз я покинула аудиторию далеко не первой.

Через два часа объявили итоги первого этапа экзаменов. Во дворе школы нас выстроили в шеренгу. Всё тот же полноватый виг объявил, что будет зачитывать имена и фамилии тех, кто прошёл во второй этап. Чего я никак не ожидала, так это того, что моё имя прозвучит первым. Виг читал список довольно быстро. Предпоследней назвали мою соседку.

– Пожри её протуберанец, прошла-таки, – проворчала я себе под нос.

Затем виг сообщил: те, кто не прошёл дальше, могут идти собирать вещи, школа навигаторов ждёт их в следующем году.

– А для, вас, – обратился он к сильно поредевшей шеренге кадетов, – следующее испытание начнётся через десять минут.

Похоже, регламент поменяли, потому что экзамен по физической подготовке, судя по графику прошлых лет, должен был состояться завтра.

– Господин нье' Ходсек, – послышался знакомый нежный голос, – можно сначала переодеться?

– Госпожа нье' Аттейс, – спокойно обратился к ней он, – у смотрителей маяков иногда есть лишь доли секунды для принятия решения. Неужели кто-то из них побежит переодеваться, если речь пойдёт о спасении жизни члена команды?