Как пить дать, вернутся!

Первый грот каменоломни ослепил чернотой. Лишь неровное пятно дневного света лежало у ног, как коврик в прихожей.

Но вот тьму прожгли угольки гиеньих глаз.

И взгляд Орры.

Мариса тихо выругалась, споткнувшись о невидимый камень.

— Не двигайтесь, — предупредила орчиха. — Сейчас будет свет.

Несколько раз громко хрустнуло огниво, рождая всплески жидких искр. Два раз они загорались и гасли, пожранные жадным мраком.

На третий загорелся факел в руке Орры. Она обвела им небольшой грот. Нависали со всех сторон серые стены. Впереди виднелся проход, подпертый почерневшим от времени промасленным бревном. Под ногами хрустел песок.

Орра повела Анну с Марисой вперед, в самое сердце каменоломни.

По пути она рассказывала, что раньше вход, через который они попали под землю, был высотой почти в два человеческих роста, и через него спокойно проезжала вагонетка, запряженная парой лошадей. И дорога была хорошая, но потом река затопила все, занесла песком и илом.

— Потолок над самой головой. Вот. — Высокая Орра вытянула вверх руку. — Можно коснуться. Но лучше не надо. Теперь тут все шаткое. Ненадежное. Рухнуть может… — Она предусмотрительно указала на опоры. — Их лучше тоже не трогать. — Они миновали длинный коридор и оказались в круглом зале, поделенным надвое высокой стенкой из камней величиной в кулак. — Здесь больше глыбы брали, — продолжила рассказ провожатая. — Бут даже не вывозили. Складывали прямо тут…

— Мы не заблудимся? — поинтересовалась Мариса. В безмолвной каменной глубине она ощущала себя неуютно, но ради госпожи была готова терпеть любые лишения. — Как ориентироваться?

— Очень просто. — Орра весело сверкнула клыками, желтыми в масляном свете. — Всегда смотрите на стены. Там номера гротов, подписи и стрелки.

Факел выхватил черную цифру на стене. Кривую восьмерку начертили углем. Чуть поодаль виднелась надпись: «Круглый зальчик».

Анна прочла ее и впервые за все время своего пребывания в новом мире задумалась о местных языке и письменности. Какое счастье, что она все понимает и читает автоматически.

Интересно, получится ли писать по-местному?

Надо будет попробовать.

— Подписи хороши, когда есть свет, — скептически подметила Мариса. — Не хотела бы я оказаться тут без факела.

— Подойдите сюда, — подозвала Орра, опускаясь на пол. Анна подошла первой, присела возле орчихи. Та разгребла песок и пыль, вытащила из-под них нитку, протянутую вдоль стены грота. Провела по ней пальцами, что-то отыскивая. Нашла, наконец. — Вот, госпожа. — Матово блеснули две бусины. Большая и маленькая. — Если света нет, ориентироваться приходится по нитям. Они во всех освоенных ходах протянуты. Маленькая бусина всегда находится со стороны выхода наружу. Запомните это.

Анна пообещала:

— Запомню.

И они двинулись дальше.

Шли, пока из глубин пещеры не начали доноситься звуки.

— Что это? — спросила Анна.

— Добыча идет, — гордо пояснила Орра. — Там, впереди, новые выработки в крепкой скале… — Туннель, по которому они шли, растроился. — Двадцать семь. — Орчиха постучала по жирно обведенной цифре. — Запоминайте номер. За ним начинается самый новый из коридоров. Я сама прорубала. Вот этими руками.

Она показала спутницам ладони, зеленые и мозолистые.

— Ты сказала, что теперь в каменоломне добывают не известняк, а нечто другое? — напомнила Анна.

Орра упорно не раскрывала интригу до последнего.

До конца длинного туннеля, в котором на одном из перекрестков метнулась в лица идущим одинокая летучая мышь.

И блеснул на стене белый в прозрачных слезах кристаллов беллерофон. Нежный завиток древнего окаменевшего моллюска выглядел таким родным. Анна протянула руку и погладила его по округлому панцирю.